Отравление страхом печника

Намедни я получила письмо с просьбой о помощи: «Не далее как вчера ко мне в квартиру приходили три дамы из органов опеки. Меня не было — я была на работе. Детей тоже не было ( их двое, мальчики 11 и 9 лет). Их забирал свёкр. Была моя мама, которая смотрит за ними днём. Мама попросила у дам удостоверения, сняла их и разрешила войти. Они объяснили, что на нас пришло письмо о плохом обращении с ребёнком. Что мы якобы запираем ребёнка дома и не позволяем ему гулять ни в хорошую ни в плохую погоду. Что у нас постоянные скандалы и ругань и днём и ночью с матом. Просьба обратить внимание и т.д. Комиссия вела себя вежливо (по словам мамы) все описали — мебель, заглянули в холодильник, посмотрели дневник старшего (он отличник). Попросили меня с ними связаться. Я позвонила вчера. Они настаивают, мягко, в виде просьбы, на том, чтобы я к ним приехала и привезла детей — посмотреть на нас, познакомиться. Спрашивали, не знаю ли я, кто написал на нас донос. У меня только одна версия — соседка с нижнего этажа. Потому что в последнее время стук по батареям даже в дневное время, даже стоит просто пройти чуть громче, чем на цыпочках. А дети на цыпочках не ходят. То спрыгнут, то игрушка упадёт.
ЦЕНТР ЭФФЕКТИВНОЙ ПЕДАГОГИКИ МАРИНЫ СОЛОТОВОЙ

Живем в такое время, что никогда не знаешь, откуда прилетит… Боимся всего: потери работы, очередного повышения тарифов, отмены-запрета — и т.д…

Но главный страх, который появился у нас в последние годы — это страх потерять своих детей. И дело даже не в пресловутых китах и иже с ними. Есть враг посильнее, против которого не попрешь. Его зовут Родина.

Пару лет назад знакомая журналистка, которая выехала на пожар дома, где жила многодетная семья, с ужасом рассказывала, как мать семейства на коленях умоляла не писать про детей. Потому что тогда завтра детей заберут. И на самом деле, в обществе сложилось убеждение: как только мы начинаем требовать у власти для своих детей (особенно там, где оказываемся в сложной ситуации) что-то абсолютно законное, власть применяет самый простой и действенный способ заставить нас замолчать. Она просто изымает детей, потому что у них чего-то нет.

Подчеркну: я не могу привести примеров, подтверждающих такое положение вещей. Я про убежденность родителей, которая имеет место быть. Убежденность укоренилась такая: детей забрать могут у кого угодно, независимо от материального положения, отношений в семье, желания детей. Независимо от того, пьют родители или нет, бьют детей или нет, кормят или нет… Больше того — именно у тех, кто не пьет и не бьет и забирают, думаем мы.

Когда-то давным-давно был у меня ученик, который никак не мог понять стихотворение Твардовского «Ленин и печник». Если конкретно, то вот эти строчки:

Заметалась беспокойно
У окошка вся семья.
Входят гости:
— Вы такой-то?.
Свесил руки:
— Вот он я…
— Собирайтесь! —
Взял он шубу,
Не найдет, где рукава.
А жена ему:
— За грубость,
За свои идешь слова…
Сразу в слезы непременно,
К мужней шубе — головой…

Напомню: незадолго до этого печник вполне по-хозяйски отругал Ильича, которой почему-то попер по «лугу заливному без дороги — напрямик», портя таким образом покос. Печник, надо сказать, еще там «так и сел», узнав фамилию нарушителя, а потом вроде как поуспокоился. А тут, ближе к зиме, вот они —

А по свежей по пороше
Вдруг к избушке печника
На коне в возке хорошем —
Два военных седока.

Так вот: мальчика очень заинтересовало, почему печник, который никого не убивал, ничего не воровал и не портил, а, наоборот, встал на защиту социалистической собственности от вандализма, испугался? Почему он сразу так и решил, что его везут туда, где заливные луга не растут? И вся семья тоже других вариантов не рассматривала? И почему наши родные военные седоки («не фашисты какие-нибудь» — говорил мальчик) сразу не сказали, что, всего-то навсего, самому человечному человеку печку надо починить и чайку потом с ним попить…

Вот мы, родители, все сейчас как тот печник. Вариант «у нас все хорошо, нам бояться нечего» не успокаивает, потому что то и дело читаем и слышим, как у таких же, как мы, детей просто забирают. При слове «опека» мы испытываем фрустрацию, а при упоминании о ювенальной юстиции — паническую атаку. Государственный орган, который должен нам помогать и гарантировать нам и нашим детям безопасное комфортное существование превратился в тех самых «военных ездоков». Может, привезут чаю попить к человеку. А может, и на Соловки. Скорее всего, на Соловки…

Это что такое должно было произойти в нашем царстве-государстве, чтобы мы так испугались? Не родился же этот страх на пустом месте? Мама, которая просила журналиста не писать про детей, откуда-то нахваталась же?

Намедни я получила письмо с просьбой о помощи: «Не далее как вчера ко мне в квартиру приходили три дамы из органов опеки. Меня не было — я была на работе. Детей тоже не было ( их двое, мальчики 11 и 9 лет). Их забирал свёкр. Была моя мама, которая смотрит за ними днём. Мама попросила у дам удостоверения, сняла их и разрешила войти. Они объяснили, что на нас пришло письмо о плохом обращении с ребёнком. Что мы якобы запираем ребёнка дома и не позволяем ему гулять ни в хорошую ни в плохую погоду. Что у нас постоянные скандалы и ругань и днём и ночью с матом. Просьба обратить внимание и т.д. Комиссия вела себя вежливо (по словам мамы) все описали — мебель, заглянули в холодильник, посмотрели дневник старшего (он отличник). Попросили меня с ними связаться. Я позвонила вчера. Они настаивают, мягко, в виде просьбы, на том, чтобы я к ним приехала и привезла детей — посмотреть на нас, познакомиться. Спрашивали, не знаю ли я, кто написал на нас донос. У меня только одна версия — соседка с нижнего этажа. Потому что в последнее время стук по батареям даже в дневное время, даже стоит просто пройти чуть громче, чем на цыпочках. А дети на цыпочках не ходят. То спрыгнут, то игрушка упадёт.

Теперь вопрос. Я конечно начиталась всяких ужасов про то как отбирают детей у вполне благополучных семей и руки дрожат. Не знаю, как вести себя с опекой. Как реагировать? Детей туда везти боюсь. Да и не знаю, как детям объяснить куда и зачем я их веду, и почему это вдруг задаются такие вопросы.
Очень прошу помочь советом и заранее спасибо»

И я не знаю, что посоветовать, кроме как сохранять спокойствие и решать вопросы без паники. И тревогу мамы разделяю. Потому что после истории с семьей Дель, где органы опеки нарушили все, что можно нарушить, и дети были все-таки изъяты из семьи, сама с ужасом замечаю у своих детей синяки после прогулки. Причем в данном конкретном случае опека делает свою работу: поступил сигнал, его проверяют. Вызывает недоумение просьба приехать с детьми, но и этому есть разумное объяснение — не хотят, например, лишний раз заходить в квартиру. Им тоже сейчас не позавидуешь: стараниями тех же СМИ сотрудники опеки превратились в нашем сознании во вселенское зло, и мы вообще не оставляем за ними права просто хорошо выполнять свои обязанности.

Люди, что происходит? Мы на самом деле никак не защищены? Или паника на пустом месте? Ну тогда государству надо было сильно постараться, чтобы так нас запугать. Меня, кстати, тоже. Потому что я тоже в размышлениях.

Я, а точнее, мои дети — жертвы печально известного «Тюменского строителя». Компания обанкротилась, собственник, судя по всему, сядет. Только нам от этого не легче. Создан ЖСК, в который я не верю. И у меня есть на это основания. Кроме того, этот самый ЖСК просит принести еще почти миллион. Собственники жилья — дети. Так вот, когда я заикнулась при одном хорошо знакомом бывшем должностном лице о том, что надо бы обратиться в опеку (ну должны же эти органы защищать их интересы?), то услышала: «Не вздумай! Ты еще до дому не доедешь, а детей уже заберут, потому что им негде жить!». И я не вздумала. На всякий случай. Потому что живу в стране, где военные ездоки, если они появляются, то, скорее всего — на Соловки…

Источник 

Поделиться:

Отзывы

avatar
wpDiscuz
Наверх!
Спасибо за письмо!